Не надо относиться к себе серьезно…

Героинь Ирины Муравьевой невозможно не любить. Она сыграла их ярко, раскованно, блистательно. 8 февраля самая обаятельная и привлекательная актриса празднует свой юбилей. Список фильмов, в которых она снималась, займет всю страницу, но «Москва слезам не верит» — особый случай в ее биографии. Поэтому первый вопрос в «юбилейном» интервью созрел сам собой.

—?Ирина Вадимовна, роль Людмилы в картине «Москва слезам не верит» принесла вам огромный успех и широкую известность. А сами вы похожи на свою экранную героиню?
—?Нет, я другая. Та же ведь хотела через пять ступенек перепрыгнуть. А я как раз понимаю, что надо каждую ступеньку брать упорным трудом. У меня есть выдержка, умение ждать, стремление достичь чего-то своим трудом.

—?Почему вы так редко и неохотно даете интервью?
—?Не люблю давать интервью, а главное, не люблю потом их читать и не узнавать своих слов.

—?А я-то думал, что это приятная обязанность известных людей — давать интервью, рассказывать о себе…
—?У артиста одна обязанность — играть. И все.

—?Это заманчиво — быть артисткой?
—?Мне очень нравится. Я безумно хотела этого и с большим трудом получила этот «входной билет». Вот посмотрите — из окна моей гримуборной видны Театральная площадь, Большой театр, сквер. А напротив — Центральный детский театр. Правда, теперь он называется иначе. В нем я окончила студию и семь лет после этого работала артисткой. Хорошее было время. Много играла, роли случались интересные. Там остались мои друзья, педагоги.

—?Потом вы перешли в Театр имени Моссовета… И, насколько мне известно, вы были последней актрисой, которую принимал в труппу сам Юрий Завадский?
—?Да, но мне уже не удалось поработать с ним. Зато я играла в спектаклях с Фаиной Раневской, Ростиславом Пляттом, Леонидом Марковым. Они ушли из жизни, и в театре сразу снизилась планка.

—?Поэтому ушли в Малый театр?
—?Нет, я ушла из Театра имени Моссовета, а уже потом меня пригласили в Малый. Но моя цель — Большой (смеется)!

—?У вас много наград, звание народной артистки России…
—?Для артиста нужно имя, больше ничего. Имя — это главное звание.

—?Неужели вам не хочется, чтобы критики называли вас Ермоловой нашего времени?
—?Нет, лучше Львом Толстым!

—?Кто ваша любимая актриса?
—?Я не знаю, кто моя любимая актриса, но знаю настоящих звезд — это Анастасия Вертинская, Инна Чурикова, Марина Неелова. Я лично незнакома с Алисой Фрейндлих, но по кино, рассказам, спектаклям — по всему она для меня большая русская актриса.

—?Вас часто приглашают сниматься в западных картинах?
—?Один раз. Я пришла на студию Горького, там какая-то возня шла, у всех горели глаза — я уже этого не люблю. Пришел какой-то человечек, якобы американец, сел напротив, положил две свои маленькие ножки передо мной на стол и что-то такое говорил про Петра Великого. В общем, он хотел меня облагодетельствовать. Я больше туда не пошла.

—?Для многих артистов переход к возрастным ролям — это серьезная проблема. Вам было непросто перейти от ролей этаких резвых вострушек к мудрым, серьезным дамам?
—?Да, это сложно. Но не надо к себе серьезно относиться — вот и все. Миллиона проблем не будет. Вообще надо вести себя так, как будто… тебя нет. Знать, что твой номер последний. Тогда и терять нечего, не за что держаться, хвататься. Я как-то сказала, что не хочу, чтобы театр был самым главным в моей жизни, так меня обвинили в… предательстве профессии. Говорили: «Как это так? Театр — для артиста самое главное, важнее ничего нет». А по-моему, самое главное — это себя не потерять. Тогда, что бы ни потерял, ничего не страшно.

—?Очень глубокая мысль.
—?Нормальная.

—?Ирина Вадимовна, объясните мне, пожалуйста, что такое «женская тема» в кино?
—?По-моему, это ерунда какая-то. Это даже звучит неприятно. Есть люди — мужчины и женщины, и есть общечеловеческая тема. А женской — одной такой темы нет. Все это придумано одинокими людьми.

—?Но вы-то, надеюсь, не относитесь к категории одиноких женщин?
—?Нет, мне повезло, на мне женились (хохочет). У меня двое детей от одного мужа.

—?Вы строгая мама?
—?Полная тряпка!

—?Ирина Вадимовна, часто пользуетесь общественным транспортом?
—?От моего дома прямо до театра идет второй троллейбус. Я за полчаса доезжаю. С книжкой. Я столько уже прочла!

—?А «зайцем» случалось ездить?
—?Ну, это было давно. Мне мама никогда не разрешала. У меня мама очень строгая. В школе заканчивались занятия в четверть второго, а в половине второго я должна была сидеть за столом с чистыми руками и обедать. Ни на минуту не могла нигде задержаться. Никогда! В школе звонил звонок, все еще «ля-ля-ля», а я бежала домой. Только сейчас я поняла, как это прекрасно. Во-первых, я училась хорошо, не тратила времени на пустые разговоры. Я и в театре-то сейчас никогда не задерживаюсь по привычке: кончился спектакль, и все. Я ушла… А уже «черную работу» выполняет муж — отвозит меня домой.

—?Он не ревнует вас к вашим поклонникам?
—?Нет, зато я очень ревнива.

—?Что вам особенно нравится в вашем муже?
—?Что он меня любит, как раньше. И то, что я выгляжу сносно, так это потому, что меня любит муж.

—?У вас всегда все гладко в семье или бывают и разногласия?
—?Конечно, бывают. Это ж колоссальный труд — жить вместе. Когда в церкви венчают — это же не ангельские нимбы вручают, а как бы терновые венцы, в них ведь шипы… Мне одна знакомая говорит: «Я четырех мужей поменяла и наконец-то стала свободной, могу теперь делать все, что захочу». Я говорю: «И я себя чувствую свободной. У меня вот дети, муж, семья — это не несвобода, а счастье мое».

—?И у вас никогда не возникало желание все бросить и пуститься в какую-нибудь авантюру?
—?Да что вы, я не рисковая. Когда у меня были маленькие дети, я вообще снималась только в Москве. И от очень многого отказалась из-за того, что надо было куда-то уезжать. Нет, это все не стоит того. Знаете, почему я так долго живу с мужем? Мне очень интересно с ним. Он такой умный, он столько знает. Он режиссер, и хороший, я у него многому научилась. Он очень небудничный человек. Мы с ним не про колбасу или шмотки говорим, а о жизни беседуем. Быт — это где-то там, побоку. Он все время куда-то «призывает», мы постоянно ходим в театры, в музеи, на концерты, выставки. У нас идет нормальная жизнь, такая, какая была у меня до замужества. То есть семейная жизнь не отвратила нас друг от друга. В общем, у нас все нормально.

—?Крепость семьи зависит не только от крепости чувств, но и от уровня благосостояния…
—?Мы очень долго жили тяжело, в ужасной квартире. Но весело жили, и многое из того, что тогда планировали, осуществили. Как вы думаете, сколько я получила за фильм «Москва слезам не верит»? Рублей шестьсот. В театре у меня была зарплата сто пятьдесят рублей, и больше половины ее я отдавала няне, которая сидела с ребенком. У нас оставались гроши. И муж тогда был «на нуле».

—?А при каких обстоятельствах вы познакомились?
—?У меня было запоздалое развитие. Я первый раз поцеловалась в двадцать два года. И вышла замуж. Я знала, что надо выходить замуж на всю жизнь. У меня и мама с папой так… И вообще в нашей семье никто никогда не разводился. Даже мысли ни у кого не было о том, чтобы соединиться, нарожать детей, потом развестись и всех сделать несчастными. Ради чего? Непонятно. Ради своего плохого характера?
А вообще народная мудрость говорит, что в той семье ссоры, где жена дура. Потому что все от женщины зависит. А сейчас все такие своенравные, гордые, самолюбивые стали. Особенно женщины.

—?Вы его не пилили — мол, работай, ты обязан содержать семью и все такое прочее?
—?Ну что вы? Можно пилить такого, который на диване лежит и из тебя соки высасывает. Вот такого можно сразу распилить вместе с диваном на части и ночью вынести в мешке на помойку.

—?Женщины биологически более жизнеспособны, чем мужчины…
—?Просто они все обязаны делать. Я вот была на съемках, в жуткий холод мы несколько часов работали на ветру. И вдруг объявили конец смены. Мы так все обрадовались, что сейчас пойдем домой. А гримерша, меня разгримировывая, говорит: «Сейчас наши мужчины — все эти режиссеры, операторы, артисты — придут домой и расскажут, как они устали, как было холодно. Они поедят, лягут на диван или в теплую постель. А нам сейчас надо будет готовить для своих уставших мужей ужин и обед на завтрашний день. И мы не имеем права сказать, что мы устали». И я подумала: действительно, какой кошмар! Ведь мы же все наравне работаем, но женщина еще чуть-чуть больше должна. Мужчины говорят: ты обязана, это женское дело. Это они еще помнят с каменного века, что женщина должна следить за очагом. В эти минуты хочется вообще-то… харакири сделать.

—?Вам нравится проводить время в шумных компаниях, застольях?
—?Абсолютно нет.

—?Но вы же не станете уверять, что предпочитаете уединение, одиночество?
—?Ну, вообще, как я себе представляю, это логичнее, чем то, что говорите вы. Артист, который все время играет, он уже не знает, где сцена, а где жизнь. Хотя какой-то тренинг существует, это в природе артиста. Но шумные компании — это когда ты от души веселишься и, что называется, даешь дрозда. Этого я как раз не люблю. Вообще я очень собранный человек.

—?И при этом никогда не унываете, не так ли?
—?Бывает… Бывает, чувствую, что надоела сама себе. Я просыпаюсь и уже не люблю себя. В зеркало на себя смотреть не хочу — так себе осточертела.

—?Какие мысли вас посещают в редкие минуты одиночества?
—?Я сейчас очень часто думаю о старости. Интересно, когда я буду очень старенькой, смогу ли я быть такой, как мне бы хотелось? Я вижу многих стариков, вижу, как им тяжело с самими собой. Как они сами от себя страдают, как сами создают себе сложности, проблемы. Вижу их тоску, одиночество… Какой я буду в старости? Не знаю. Но я хочу быть хорошей. Мне дети говорят: что ты, мама, ты будешь хорошей. Я говорю: не знаю, не знаю, дети мои. Смотря какая болезнь меня подкосит, вдруг какая-то нервная. Я же вас покусаю всех. И я им сказала: только вы меня одну не бросайте. Есть буду мало, буду тихо сидеть в уголке, но чтобы я была в семье…

—?Вы не скрываете свой возраст. Почему?
—?Зачем? Чтобы обо мне говорили: «Какая старая, но так хорошо выглядит? Правда, походка тяжелая, но ведь на лице ни одной морщины?» Нет! Я выгляжу на свой возраст — ни больше, ни меньше. Это нормально.

—?Ирина Вадимовна, чего бы вы хотели от жизни?
—?Я мечтаю о хороших ролях, потому что все время хочу какой-то шаг вперед сделать. Сыграть что-то такое, чего не делала раньше, что-то преодолеть, чему-то научиться.