Невиноватая

Судьба народной артистки Тамары Семиной полна таких ярких сюжетов, что переход от жизни к кино кажется почти неуловимым. К ее ногам бросали бриллианты, машины и дома – отвергала! Ей предлагали многообещающие роли, а она просила режиссеров отдать их подругам. Ей признавались в любви самые известные актеры, а она 17 лет не отходила от постели парализованного мужа.

—?Тамара Петровна, это правда, что Новый Год — ваш самый любимый праздник?
—?Конечно. Для меня сам факт встречи Нового Года — совершенно невероятный подарок. Я радуюсь каждому Новому Году, хочу, чтобы их было много-много. Ничего не хочу так сильно, как много новых годов. А какими уж они будут — это зависит и от нас, и от не зависящих от нас обстоятельств.

—?Как вы думаете, почему люди так любят этот праздник?
—?Испокон веков все от мала до велика радуются как дети: Новый Год! Новый Год! А если подумать: что тут такого? На циферблате та же полночь, в которую мы 364 раза в году привыкли спать. Но на 365?й день она становится необыкновенной. Может быть потому, что за 31 декабря идет 1 января — день номер один, с которого в нашей жизни начинается новый отсчет?

—?Каким был уходящий год для вас?
—?Рабочим: съемки, встречи со зрителями, концерты. В этом году у меня целых четыре роли на экране. Три небольшие — по 2?4 серии, а одна очень «волнительная» — есть такое дурацкое слово. Я получила роскошное предложение от режиссера Олега Газе сниматься в фильме «­Линия Марты», там прекрасный актерский ансамбль, звездный-презвездный.

—?Это большое кино или сериал?
—?Это и большое кино, и четыре телесерии.

—?И вы, конечно, играете Марту?
—?Марту играют несколько актрис, всех нас объединяет одно имя и одна судьба. В юности все они любили одного молодого человека, его звали Юрий. Дальше рассказывать не буду, а то будет неинтересно смотреть. Группа была очаровательная, творческая, великолепная. И актерская молодежь замечательная, и операторы, и звукооператоры, и сам режиссер, и костюмеры. А водители, какие, боже мой! Мне вообще везет на водителей. Мне до сих пор звонят ребята, которые меня возили много лет назад, монтажеры звонят, худож­ники по костюмам. Мне даже звонит моя гримерша, работавшая на «Двух Федорах» — это мой первый фильм, он снимался в 1957 году. Она звонит и говорит: «Паразитка, столько актеров через мои руки прошли, а одна ты в сердце, одна ты».

—?Знаю, что самой любимой вашей работой была и остается Катюша Маслова из «Воскресения». А какая роль самая жуткая?
—?По тяжести и по обидам, которые мне нанесли после выхода картины, это, конечно, «­Матерь ­человеческая». Чурбанов, которого совсем недавно не стало, после выхода этой картины написал в газете, что актриса совершила не только актерский, но и гражданский подвиг. Потому что я всю зиму босиком ходила, купалась в ­ноябре в Доне. Автор сценария Закруткин Виталий Александрович, когда посмотрел фильм, сказал: «Тамара, дорогая, что ты со мной сделала? Все, Ленинская премия гарантирована». Но Сергей Герасимов сказал, мол, она молоденькая, надо фильму «У озера» дать. За фильм «Вечный зов» мне обещали Государственную премию и тоже не дали. Мол, у нее хороший характер, не обидится.
Спасибо Ларисе ­Шепитько, с которой мы вместе жили в общежитии. У нее было любимое выражение «скудеющие остатки юмора». Я взяла его на вооружение. На этом я и держусь все 75 лет, на остатках юмора, иначе бы повесилась, утопилась, и не знаю, что сделала. Невозможное совершенно в этой стране отношение к человеку, к актрисе. Невозможное!

—?Меня восхищает ваш жизненный настрой, в вас есть азарт, актерский кураж, драйв…
—?Конечно, и я претерпеваю разные передряги, и мне бывает не так радостно, но я все это скрываю. Про меня говорят: «У нее никаких проблем, она такая веселая, всегда в прекрасной форме». Я отвечаю: «Да, я в прекрасной форме, я готова к работе все 24 часа в сутки. Скажите мне: мотор! И я тут же сыграю все, что надо». Жизнь такая короткая, что глупо проводить ее в жалобах и стена­ниях: ах, я такая-растакая, мне все не то предлагают… Толку-то плакаться, что от этого изменится? Поэтому я всегда все в жизни делаю наоборот.

—?Именно по этой причине вы отказывались от главных ролей в пользу коллег по цеху? В итоге вместо вас в фильмах «Журавушка», «Донская повесть» и «Угрюм-река» играла Людмила Чурсина, а ­красавицей-поварихой в «Стряпухе» стала Светлана Светличная. Не жалеете об этом?
—?Люблю делать хорошие подарки. В результате у людей судьбы сложились, они стали звездами. И только Эллочка Некрасова и Изольда Извицкая сказали мне «спасибо», а остальные сделали вид, что не знали об этом! Я до сих пор дарю роли. Недавно подарила одной актрисе сорок серий, другой — шестнадцать. Мне говорят: остановись! А я думаю: у меня есть немножечко, пускай они сыграют.

—?Я видел вас на сцене и знаю, что вы прекрасная театральная актриса, а ведь не каждая кинодива добивается успеха на подмостках…
—?После первой серии «Воскресения» меня ­наперебой приглашали во МХАТ и в Малый театр, причем очень настойчиво. Были встречи с руководством, но я сказала, что у меня впереди вторая серия, и я не хочу быть в театре перелетной птичкой. Если я и приду в театр, то для стабильной работы в нем.

—?Вам не хотелось распыляться на разные проекты, как это сейчас делает театральная молодежь?
—?И я полагаю, что вы видите результаты этого. Очень обидно, что так низко упала планка актерской игры. Где эти молодые таланты? Кроме симпатичных мордашек нет ни ума, ни сердца, ни глубины — ничего. А свежесть и молодость, увы, очень быстро уходят. Они называют себя великими, все они гениальные, для них главное — появление на экране. Я называю это «фотографироваться». Нет, я даже в молодости никогда не распылялась, я если играю роль, то играю. Вероятно, поэтому до сих пор «живы» моя Катюша, моя Анфиса, та же крепостная актриса. До сих пор идут «Расскажи мне о себе», «Ксения», «Коллеги», «Чистые пруды», «Человек, которого я ­люблю», и много-много других картин.
Та жизнь была очень богатой на хорошие роли. Сейчас же я очень тщательно выбираю, за что браться.

—?Но предложения-то есть?
—?Предложений много. Я одно время даже говорила: «Боже мой, лучше бы мне ничего не предлагали». Клянусь! Актеры часто жалуются: «Ах, мы забыты, ах, нам никто ничего не предлагает, ах, мы невостребованные режиссурой». Я же говорю: «Это они мною невостребованные. И, пожалуйста, применительно ко мне не произносите это слово. Когда я сочту нужным, тогда я соглашусь».